Ли Чжэ Хун высказался по поводу неопределенности со сроками выхода дорамы «Сигнал 2»

Ли Дже Хун дал интервью после завершения третьего сезона дорамы «Такси делюкс» (Taxi Driver 3, 모범택시 3, Deluxe Taxi 3). Среди прочих вопросов были заданы и такие:

Корр: Играя роль Ким До Ги, вы когда-нибудь задумывались о том, что и в реальной жизни нужно жить нравственно? В последнее время в индустрии развлечений было много скандалов и противоречий.

Ли Чжэ Хун: Если вы намереваетесь обмануть кого-то, я думаю, неизбежно, что пострадает тот, кто окажется жертвой. Я считаю, что в жизни действительно важно жить в соответствии со своими ценностями. В последнее время происходит так много инцидентов, что я иногда задумываюсь о том, в каком будущем мне предстоит жить. Вместо того чтобы думать: «Такое случается, поэтому мне следует быть осторожнее», я чувствую, что просто действую с тем пониманием добра и зла, которые у меня были с детства — благодаря образованию, чтению книг и влиянию СМИ, разговорам о добре и зле и размышлениям над ними. Я никогда особо не думал, что мне нужно меняться. Что касается этой серии инцидентов, я действительно считаю, что, работая в индустрии развлечений, мне нужно быть осторожным и внимательным к подобным вещам. 

Корр: Проект не реализуется только благодаря успеху одного человека. Бывают работы, которые не выпускаются из-за чьей-то ошибки, например, «Сигнал 2». Интересно, вы обсуждали и делились такими вещами с окружающими?

Ли Чжэ Хун: Я не пытаюсь навязывать то, что и так должно быть, например, элементарный здравый смысл. Но меня беспокоит, когда подобные вещи приводят к тому, что ценность произведения, его интерпретации и вложенные в него усилия, остаются незамеченными. Каждая работа воплощает искренность труда и преданность многих людей, и я надеюсь, что это не исчезнет и не забудется 

Напомним, что проблемы вокруг дорамы «Сигнал 2» возникли в декабре 2025 года, когда выяснилось, что исполняющий одну из главных ролей заслуженный актер Чо Джин Ун попал в скандал, связанный с его поступками в несовершеннолетнем возрасте.

Dispatch  опубликовал информацию, что актер совершал правонарушения в подростковом возрасте, замешан в краже автомобиля и чуть ли не изнасиловании, и даже был помещен в тюрьму для несовершеннолетних. Агентство Чо Джин Уна Saram Entertainment в официальном заявлении признало, что несовершеннолетним актером были совершены правонарушения, но категорически отрицало обвинения в сексуальном насилии.

Читать также:
Актер Чо Джин Ун попал в скандал
Актер Чо Джин Ун заявил об уходе из индустрии
Дорама «Сигнал 2» переживает серьезный кризис

В начале 2026 года года адвокат Ли Ён Хэ прокомментировал ситуацию с дорамой «Сигнал 2» с точки зрения закона.

Актер может просто уйти на пенсию, но кто возьмет на себя ответственность за сотни миллиардов вон, уже вложенных в проект? - задается вопросом адвокат.

«После объявления о завершении карьеры ведущего актера и новости о том, что выход драмы стал под вопросом, общественность обсуждала моральную сторону актера, а поклонники оплакивали почти полную отмену проекта. Однако, как бывший продюсер и нынешний юрист, я слышал более громкий протест в другом месте: протесты продюсерских компаний и инвесторов, оказавшихся в юридически «слепой зоне». Этот инцидент — не просто проблема индустрии развлечений. Это инцидент, который одновременно выявил пробелы в системе управления рисками корейской контент-индустрии».

Суть ситуации проста, продолжает Ли Ён Хэ. Продюсерская компания вложила сотни миллиардов вон, но не предвидела значительного репутационного риска для ведущего актера. 

Причина кроется в Законе о несовершеннолетних. Закон о несовершеннолетних не рассматривает охранные ордера как судимость и призван предотвратить негативное влияние подобных действий на будущую судьбу человека. Чтобы предотвратить стигматизацию действий несовершеннолетних во взрослой жизни, разглашение соответствующей информации строго ограничено. Это отражает основную философию этого закона: реинтеграция несовершеннолетних правонарушителей в общество.

Закон обещает забвение прошлым проступкам несовершеннолетнего. Следовательно, актёр, о котором идёт речь, не был юридически обязан раскрывать информацию о своём судебном запрете на момент подписания контракта. 

В соответствии с действующим Законом о несовершеннолетних и принципом неразглашения информации, у производственной компании практически нет возможности проверить эту информацию в процессе заключения обычного коммерческого контракта. 

Более того, постоянное поднятие этого вопроса может противоречить цели Закона о несовершеннолетних и правам человека, которые закон всесторонне защищает. 

Однако взамен индустрия оказывается в парадоксальной ситуации, когда ей приходится принимать решения, касающиеся сотен миллиардов вон, и при этом она оказывается в неведении.

Никто не несёт ответственности, и остаются только убытки.

Многие спрашивают: «Почему продюсерская компания не может подать в суд на актера или его агентство за причиненный ущерб?» 

Однако, учитывая действующее законодательство и договорную практику, вероятность получения компенсации невелика, отмечает адвокат.

Основанием для возмещения убытков является нарушение договора. Однако трудно рассматривать действия, совершенные десятилетия назад и юридически засекреченные при жизни несовершеннолетнего, как нарушение нынешней обязанности сохранять достоинство. 

Виновный не скрывал информацию целенаправленно; он просто молчал в соответствии со своими законными правами, подчеркивает адвокат Ли Ён Хэ.

В конечном итоге, производственные компании несут огромные убытки из-за актеров. Независимо от споров о правоте раскрытия такой информации, реальные издержки перекладываются на производственные компании и инвесторов. Такова суровая реальность, с которой сегодня сталкивается индустрия корейского контента.

Какова ситуация в этом отношении в Америке? 

В Калифорнии, центре индустрии развлечений, некоторые тяжкие преступления не подлежат засекречиванию, но судимости несовершеннолетних в принципе по-прежнему засекречиваются. Институциональные принципы не сильно отличаются от корейских. Однако там пробелы в законодательстве регулируются рыночной системой.

Типичным примером является «Гарантийный залог завершения». Для крупных голливудских проектов страхование практически обязательно с самого начала производства. В обмен на процент от производственных затрат страховая компания проводит всестороннюю оценку рисков ключевых актеров и съемочной группы. Это включает факторы, которые юридически сложно проверить, такие как репутация, график и проблемы со здоровьем. 

Даже если проблемы возникают постфактум, страховые деньги используются для замены актеров, пересъемки или внесения технических корректировок, чтобы гарантировать завершение проекта. По крайней мере, эта система предотвращает полную отмену проекта. Страховая система эффективно распределяет риски, с которыми производственным компаниям было бы трудно справиться в противном случае.

Договоры также различаются. В Соединенных Штатах так называемые «моральные оговорки» часто предусматривают «ответственность за последствия», если конкретный факт станет достоянием общественности и существенно навредит работе, независимо от предварительного раскрытия информации. Хотя это и не идеальное решение, оно гораздо практичнее, чем полная неподготовленность.

Пора говорить о системах, а не об эмоциях. Корейский рынок дорам превратился в огромную индустрию, где производственные затраты на один проект достигают сотен миллиардов вон. Однако методы управления рисками по-прежнему в значительной степени зависят от индивидуального суждения, опыта и связей. Масштабы индустрии и система управления рисками больше не совпадают.

Необходимо провести ряд изменений. 

Во-первых, пересмотреть обязательство по ограниченному раскрытию информации. Вместо публичного раскрытия, это должно подразумевать предоставление серьезных сведений о судимости только другой стороне дорогостоящего коммерческого контракта, превышающего определенную сумму. Это должна быть минимально необходимая информация для принятия решения по контракту, подлежащая строгой конфиденциальности и ограниченному использованию. Пришло время обеспечить защиту отрасли, минимизируя при этом подрыв Закона о несовершеннолетних. 

Во-вторых, создать систему страхования гарантий завершения производства по корейскому образцу. Риски производства не могут быть возложены исключительно на отдельных представителей производственных компаний. Система гарантий завершения производства, уже внедренная в некоторых кино- и видеоиндустриях, должна быть расширена и охватывать OTT-платформы и крупные франшизы, а также должна быть создана система защиты отрасли с участием финансового сектора, правительства и государственных систем перестрахования. 

В-третьих, надо усовершенствовать контракты. Вместо абстрактных фраз типа «не вызывать споров» следует использовать стандартизированные положения об управлении рисками, определяющие конкретные виды ущерба и структуру разделенной ответственности, такие как запреты на трансляцию, прекращение доступа к платформам и приостановка рекламы. Необходимо приложить усилия для уточнения так называемого «морального положения» с учетом корейского контекста.

Этот инцидент не должен подрывать дух Закона о несовершеннолетних. Однако этот дух не может стать индульгенцией, оставляющей кинокомпании и инвесторов без средств защиты. Ради сотен сотрудников, инвесторов и зрителей, которые долго ждали выхода того или иного фильма, пора выйти за рамки эмоциональной критики и начать обсуждение более тонкой системы настройки законодательства и производства.

Источники 1, 2, 3